Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
10:26 

Неужели это не конец?

Druella Black (Rosier)
lady.liga@yandex.ru
Как бы парадоксально это не было, но мой первый фанфик не по моему горячо любимому фэндому.
И всё-таки выставляю его на ваш суд.
Кстати обращайте внимание на предупреждения. Там реально не для каждого.

Название: Неужели это не конец?
Автор: Druella Black (Rosier) (в простонароде Ариста-тян)
Фэндом: Diabolik Lovers
Основные персонажи: Субару Сакамаки, Шу (Сю) Сакамаки, Рейджи (Рейдзи) Сакамаки, Райто (Лайто) Сакамаки, Канато Сакамаки, Аято Сакамаки, Юи Комори
Пэйринг или персонажи: Райто/Юи, Аято/Юи, Канато/Юи
Рейтинг: NC-17
Жанры: Гет, Ангст, Драма, Мистика, Даркфик, Мифические существа
Предупреждения: Смерть персонажа, Насилие, Изнасилование, Нецензурная лексика, Групповой секс, Секс с использованием посторонних предметов.

Чёрное небо накрывает с головой. Кажется, что ещё совсем немного, и оно упадёт и раздавит всё вокруг. Кругом непроглядная тьма, которая пробирается внутрь тела и холодом окружает все внутренности. Юи стоит на балконе и смотрит в даль. Нет, она вовсе не наслаждается пейзажем и не ждёт кого-то, кто спасет её из адского поместья. Вовсе нет, ей просто больше ничего не хочется делать. Абсолютно. Внутри вместо всех чувств и желаний нет больше ничего, кроме чернеющей пустоты. Такой же, как это чёрное безмолвное небо.
Кажется, раньше небо не было таким похожим на сплошное однотонное полотно. Его прежде окрашивали миллиарды крохотных звёзд и яркая луна. Где они теперь? Почему даже они не хотят разделить эту ночь с ней? Может ли быть, что кто-то неведомый специально стёр их с неба, чтобы девушка не смогла больше насладиться их красотой и умиротвориться? Или, быть может, теперь она недостойна смотреть на них? Она опорочена, опозорена, изничтожена и посему грязна, и поэтому ей нет места рядом с ними?
Она стоит молча и неподвижно вот так уже длительное время. Зубы начинают постукивать от холодного ветра, внутри всё дрожит, будто она проглотила глыбу льда. Но девушку это вовсе не волнует. Что такое холод? Это ощущение сравнительно низкой температуры воздуха по отношению к более тёплому месту или времени. Что такое ветер? Он является потоком воздуха, который движется. Они ничто в сравнении с всепоглощающим одиночеством, разочарованием и пониманием того, что ты никому не нужна, что для всех только либо обуза, либо игрушка, либо бельмо на глазу.
Всем мешая, не получая любви, внимания, ласки и понимания, можно, наконец, сойти с ума. И Юи чувствует, что она на пределе, что ещё лишь капля, и она свихнется и перестанет быть собой. И всё же боль и холод внутри, словно кровоточащая рана, не дают успокоиться ни сердцу, ни телу.
Комори начинает уже не просто трясти изнутри, а основательно потряхивать всё тело. Что ей делать? Как избавиться от гнетущей безысходности? Как перестать быть таким никому ненужным ничтожеством? Это бесит! Но больше всего бесит то, что нет сил бороться с этим. Как же она устала от всего. Хочется умереть… Да! Ей непреодолимо хочется закончить эти муки. Даже в том случае, если после смерти она попадёт в ад. Что такое ад? Разве это не то место, где она находится сейчас?
Дрожь и холод заставляют выступить слёзы на глазах Юи. Не в силах больше всё это выносить, девушка опускается на колени, обхватывает себя руками, и рыдания прорываются наружу. Пожалуй, за всё время нахождения в доме Сакамаки она в первый раз позволила себе так самозабвенно разрыдаться.
Чёрное небо с насмешкой продолжает зиять пустой бездной над ней.
Это непросто плач. Вот она бьётся в конвульсиях, колотя саму себя по лицу, голове и телу. Вплетая свои тонкие пальцы в волосы, она с силой тянет их, словно желает вырвать. Казалось, вся эта боль ее вовсе не волнует. Да и разве издевательства и укусы братьев Сакамаки не были гораздо хуже всего того, что она могла сама сделать с собой? Она кричит, завывает и стонет, но ничего не могло избавить её от этой боли, от этой пустоты, которая образовалась после предательства отца, после свершения всей этой вакханалии, после насилия над душой и телом девушки.
Прорвавшиеся рыдания опустошили и без того пустую душу девушки, и она падает без сил на каменные плиты балкона и, распластавшись, прикрывает глаза. Но, даже закрыв их, она видела сплошное черное полотно неба, словно и не закрывала глаз. Или это лишь мираж? От громких рыданий разболелась голова, но холод, боль и пустота не отступили ни на шаг. Плиты промораживали спину даже через свитер, заставляя понять, что всё происходит на самом деле, и что это не сон и не чья-то глупая шутка. Или, может, всё-таки шутка? Может, где-то там, наверху сидит кукловод и дёргает за ниточки. Вот в его руках Юи с наслаждением играет с детьми на лугу возле церкви. Ей хорошо, и она смеется, радуясь шуткам своих друзей. Она так счастлива, что всё вокруг расцветает и озаряется ангельским светом. Но вот он для развлечения или от усталости и скуки кидает бедную овечку на растерзание волкам и, наслаждаясь происходящим, заходится от смеха.
«Я не хочу! — мысленно восклицает девушка, обращаясь к безмолвному кукловоду. — Я так это не оставлю! Тебе не предугадать мои действия! Я закончу это здесь и сейчас! Ты перестанешь так громко смеяться! Так радоваться тоже не будешь!»
Юи с трудом поднимается на ноги, ощущая тяжесть во всём теле. Она подходит к перилам и перегибается через них, пытаясь определить высоту.
«Внизу мощёная дорожка…»
Девушка со слабостью и усталостью еле взбирается на перила и садится, свесив ноги. Уже почти… Осталось только оттолкнуться, и с этой болью будет покончено.
«Интересно, что почувствуют братья?.. Скорее всего - ничего… Или только злость от того, что теперь придётся искать новую жертвенную невесту… и почему меня это волнует?!» — вздох боли вырывается из груди Комори, и она прикрывает глаза в надежде, что это поможет оторвать руки от камня и пуститься в полет навстречу смерти. — Ещё секунда… ещё мгновение…»
Девушка спрыгивает, и ветер ударяется в лицо ледяной волной.


Дождь нещадно хлестал в окна особняка Сакамаки. Небо было тяжёлым, и казалось, что наполнено огромным количеством жидкости. Оно разбухало и готово было лопнуть в любую минуту. От трещащих по швам туч исходили почти убийственные раскаты грома. А прежде чем среди них шла трещина, небо и всё вокруг озарялись яркими ослепляющими молниями. Косые потоки воды с силой обрушивались на землю. Под их ударами приминалась не только трава, - деревья гнулись, и трещали ветки. Да ещё сильный, порывистый ветер хватался за всё это и рвал листья. Он словно был разгневан чем-то и хотел у всех всё отобрать. Ветер и в окна бился, стараясь распахнуть их, и ворваться внутрь, чтобы всё внутри опустошить. Он кусал черепицу крыши и сплёвывал её на землю. Далее чем на пару метров ничего не было видно. Дождь косой стеной впивался в землю.
За всем этим в окно наблюдала худенькая девушка с белой кожей. На улице был полдень, практически единственное время, когда она могла остаться наедине с собой и не быть подвергнутой нападкам братьев Сакамаки. В это время она могла спокойно пойти в сад и наслаждаться небесной синевой, пьянящим ароматами цветов, теплом и нежным светом солнца. Но сегодня зарядила гроза, и на улице, казалось, была практически ночь. В сердце томилась грусть и разочарование. Если уж такая погода, то и вампиры могут подняться раньше или же вообще даже прийти к ней сейчас. Комори шумно вздохнула, но от окна не отвернулась, продолжая смотреть на извергающуюся с небес воду.
- Что вздыхаешь, стервочка? - Раздалось у самого уха Юи. Та вздрогнула и резко обернулась. Райто смотрел на неё, ехидно ухмыляясь. Сердце зашлось грохоча у самого горла. Девушка на мгновение задохнулась. Этот вампир всегда подкарауливал её и подкрадывался так неожиданно, что всё нутро переворачивалось от страха. Она боялась его практически больше всех остальных братьев-вампиров.
- Ой, уже испугалась? - Засмеялся Райто и приблизился к Юи практически в плотную. - Да не бойся ты, не съем я тебя... наверное... ахаха
Сердце девушки на мгновение остановилось от страха перед тем, что мог сейчас сделать этот неугомонный вампир. И в то же мгновение она ощутила горячее дыхание у себя на шее. По спине пробежала волна мурашек.
- Ох, как не пристойно заводиться от такого пустяка. - Райто распахнул дверь балкона и впустил порывистый, ледяной ветер в купе с холодными, крупными каплями проливного дождя. Девушка поёжилась и чуть было не кинулась в тёплые объятия Райто, стоящего рядом.
- Пойди остынь, похотливая сучка. - Сказал тот и вытолкал Юи на балкон под дождь. В мгновение ока вся одежда промокла на сквозь. Упругие струи больно хлестали по лицу. С волос уже начали стекать струйки обрушевшегося с небес дождя.
- Райто-кун... - почти жалобно пролепетала Комори и хотела было зайти обратно в комнату, но молодой человек вовсе не был с этим согласен. Он снова толкнул её под дождь и, брезгливо отряхнувшись, расхохотался. Девушку начала охватывать холодная дрожь, зубы отстукивали дробь.
- Ну, что, маленькая стервочка, остыла? - спрашивает Сакамаки и выжидающе смотрит. Но девушка настолько замёрзла, что уже и говорить не может. Она лишь слабо кивает и направляется в комнату.
- Что, всё ещё сгораешь от желания? - Ухмыляется парень и вновь выталкивает девушку под ливень. - Как не хорошо, маленькая сучка, а если сюда зайдет мой братец? Ну, тот, что собственник? А?..
Юи уже не может больше сдерживать дрожь и стук зубов. Она обхватывает себя руками, пытаясь согреться, и подает жалобный, еле слышный голосок:
- Райто-кун, мне очень холодно. Могу я зайти в комнату и согреться?
- Ох, я совсем забыл, что ты всего лишь человеческая сучка, которая может подхватить глупую простуду... ахаха... Ну, что же заходи, раз так сильно замёрзла. - Райто отворачивается и со скучающим видом уходит прочь от балкона. Юи поспешно убегает с балкона и захлопывает балконную дверь. Руки её заледенели и запереть дверь получается с трудом. Ей очень хочется, наконец, остаться наедине с собой отправиться в горячую ванну, чтобы согреться. Но, похоже, молодой человек вовсе не собирается покидать её покоев.
- И что, тебе уже лучше? - С усмешкой спрашивает огненно-рыжий парень, сдвигая свою шляпу слегка на затылок. - Согрелось ли твоё похотливое тельце?
Райто не без удовольствия наблюдал за своей жертвой, у которой тряслись руки, обнимавшие худенькие плечи, и дрожали синие от холода губы. С волос срывались капли дождя и падали на шею, стекая под одежду. Парень прямо представил, как, продолжая катиться по коже, капелька воды достигает груди и подбегает к розовому соску. Вампир возбуждается всё сильнее, и возбуждение уже не скрыть, оно так и пылает в его зелёных, как изумруды, глазах. Видя это, Юи вздрагивает, и сердце её заходится в бешеном темпе. Парень слышит эти удары, словно они раздавались в нём самом. Он смеётся и уже совсем не может себя держать. Сакамаки бросается к девушке и одним махом срывает с неё мокрый свитер и лифчик. Юи вскрикивает от страха и пытается прикрыться, но Райто не даёт ей этого сделать. Он рвёт на ней одежду и отбрасывает в стороны. Ничто уже не может теперь его остановить - он теперь хищник, который настиг свою добычу.
- Я помогу тебе согреться!.. хе... я знаю, как это сделать! - Райто упивался восторгом, глядя на дрожащее обнажённое тело девушки. Та в стеснении и страхе пыталась прикрыться. Он схватился за её маленькие груди с утробным урчанием и с силой сжал их. Девушка закричала, и на её глазах выступили слёзы. - Что, уже жарко? - Спрашивает рыжий извращенец и впивается клыками в белоснежную шею. Горячая кровь льётся ему в рот, и он чувствует с какой скоростью бьётся сердце Юи, гонющее по телу этот сладкий нектар. - Да ты уже от возбуждения на ногах не стоишь, - хохочет вампир, когда ноги девушки подкашиваются, и она почти падает на пол. - Ну, погоди хоть немного.. аххаха...
Возбуждение Райто достигает предела, он резким движением одной рукой хватает руки Юи, а другой разворачивает девушку к себе спиной. Та содрогается от страха вперемешку с возбуждением. Да, такое отношение, как ни странно, заставило всё внутри возжелать продолжения. В голове всё помутилось. Холода она уже давно не чувствовала. Нет, всё горело пламенем ада, погружая девушку в мир разврата.
- Какая ты сочная. Потоп мне решила тут сделать? - Слышит словно в тумане Комори хриплый голос из-за своего плеча. Его рука касается внутренней стороны бёдер и пробирается к чувствительной промежности. Его горячие губы быстро и жарко целуют её спину, примешивая к поцелуям кровавые укусы. Всё тело дрожит от наслаждения, из уст вырываются пылкие стоны.
- Да ты просто похотливая шлюшка! - Восклицает Райто, и в тот же миг нечто твёрдое пронзает девушку - это вампир вошёл в неё. Юи вскрикнула, но скорее даже не от боли, а от иступляющей агонии наслаждения. Сакамаки лишь ухмыльнулся и стал с яростью вдалбливаться в тело девушки. Всё тело Юи стало как ватное, она не могла даже поднять руку, была абсолютно не в состоянии приказать мозгу что-то делать. Всё было самопроизвольно. Юи извивалась как змея, она и не думала, что может так выгибаться. Голова металась, зубы кусали губы в кровь, девушка абсолютно ничего не контролировала и не понимала. Блондинка хотела чтобы это никогда не заканчивалось, но к ней неумолимо подступала волна нестерпимого наслаждения. Но Райто вдруг остановился.
- Ты ведь хочешь, чтобы я продолжил, грязная шлюшка? - Хрипло проговорил он и с громким звуком шлёпнул Юи по ягодице. Девушка охнула и застонала. - Ну же, продолжить или остановиться? Чего ты хочешь?
- Я хочу... что бы Райто-кун продолжил... мммах... я хочу этого... - заплетающимся языком проговорила Комори.
Тот громко рассмеялся и с силой ввёл член глубоко внутрь девушки. Толчки его стали ещё более яростными. Он уже отпустил руки Юи и вцепился в её бёдра. Силы в пальцах было столько, что синяки появились практически мгновенно. Но то была приятная ныне боль, почти истома. По телу начали проходить судороги, внутри что-то сжалось и готово было лопнуть. В тот же миг Райто с рыком излился внутрь и вышел. Где-то отдаленно, как во сне, девушка почувствовала на губах его поцелуй, и он прошептал ей на ухо:
- Ты такая развратная, маленькая сучка. - Он отстранил её от себя и резко швырнул на пол. С его уст сорвался дикий смех, и он вышел из комнаты.


- Ты такая развратная, маленькая сучка. - Он отстранил её от себя и резко швырнул на пол. С его уст сорвался дикий смех, и он вышел из комнаты. Закрыв дверь, Райто с кем-то столкнулся. Подняв глаза, он увидел разъярённого братца. Тот был вне себя от ярости и со всего размаха зарядил в лицо Райто.
- Кхе…кхе..кхе.. – Рассмеялся Райто и сплюнул кровью. – Так ты всё видел? – И снова получил за свое ехидство, на этот раз круто в живот. – А она горяча… кхе…кхе… жаль, что не твоя… - А за это его милая мордашка познакомилась с подошвой ботинка Аято. Почему он не отвечал и не защищался? Кто знает. Возможно, он всё-таки ощущал вину за собой. Ведь он прекрасно знал, что братец не просто из угоды себе увивается за Юи, он втюрился в эту маленькую сучку. От удара ногой Райто сполз на пол, но всё внутреннее ехидство продолжало рваться наружу.
- Спасибо… кхе… кхе… что не помешал в самый ответственный момент… - Райто снова сплюнул кровь и на этот раз получил серию сильнейших ударов кулаком и пару десятков пинков. (Субару отдыхает) В тот момент, когда удары попадают по лицу и телу, парень продолжает смеяться, чем совсем выводит из себя брата. На что Аято поднял брата над собой и, швырнув в конец коридора, зашёл в комнату.
Юи лежала на кровати и шумно дышала. Как такое могло случиться? Да, ведь странно другое. Она хотела этого и даже получила удовольствие. Это ужасно! Девушка хватается за голову и перекатывается на бок. Что теперь ей сказать Аято? А ведь он так заботился о ней. Был так нежен и терпелив. Что же она наделала? Да ещё таким образом. Это просто непростительно. Он, наверняка, не сможет простить её и покинет. Но неужели это настолько важно? В груди девушки сильно и болезненно сжалось сердце. Это предательство! Она предала Аято! А ведь в сердце был только он. Она чувствовала к нему сильную любовь. Теперь она не сможет даже в глаза ему посмотреть. Она теперь такая грязная и порочная. Что же теперь делать? Как всё исправить? Комори тянет на себя покрывало и, заворачиваясь в него, поворачивается на бок.
В тот же момент девушка чувствует, как рядом прогибается кровать. Неужели Райто вернулся? Неужели хочет продолжить свои извращения над ней? От страха всё тело содрогнулось. Но в тот же момент внизу живота встрепенулись и запорхали бабочки. Это ещё что такое?
- Тебе больно? - Это был не Райто. Это был тот, чьего прихода Юи боялась больше всего в этот момент.
- Аято!.. - вскрикивает девушка, и по её щекам начинают струиться слёзы. Что ей делать? Что сказать ему? Как объяснить, почему она в таком виде?
- Тебе больно?! - кричит Аято и разворачивает Юи к себе. -Скажи мне... ответь...
- Я... Аято... - Комори видит плещущийся огонь в глазах вампира и чувствует всю злость и страдание, что сейчас рвутся из парня наружу. Но голос дрожит, и дыхание перехватывается.
- Что он сделал?! - кричит Аято и сдёргивает покрывало с тела девушки. Аромат крови, смешанной со спермой, ударяют ему в нос. Он рычит и хватает возлюбленную за руки. - Он надругался?!.. Говори!
Но Юи только и может, что рыдать. Ей было стыдно, и она пыталась прикрыться, но парень не позволял ей этого сделать. Он смотрел, нет, он пожирал глазами обнажённое тело девушки. И это было так чувствительно, что казалось, он просто срывает кожу с него. Затем он поднял глаза к её лицу, но та отводила глаза.
- Посмотри на меня! - Прорычал Сакамаки и, больно схватив холодными пальцами за подбородок, заставил взглянуть в его полные ярости глаза. Казалось, они сверкали зелёным огнём и не сулили девушке ничего хорошего. - Тебе больно?!
- Д-да... Аято... - еле выдавила из себя Юи. За что получила сильный удар по щеке. Что? Почему? - А-аято...
Но теперь сильная пощёчина последовала по другой щеке.
- Не смей смотреть на меня таким виноватым взглядом! - заорал он и, вскочив с кровати, поднял и девушку.
- Где он тебя касался? - Аято крепко вцепился в запястья девушки и потряхивал её при каждом слове так, что голова моталась из стороны в сторону, будто Юи была тряпичной куклой. - Где?! - Но блондинка только рыдала и ничего не говорила. - Он сделал тебе больно? Как?.. Отвечай!
- Аято... мне больно...
На что парень с размаху залепил ей очередную пощёчину. Взгляд его был настолько безумным в тот момент, что девушка содрогнулась от понимания того, что сейчас ей не поздоровится. Нужно было что-то делать. Не просто реветь и терпеть побои. Но ведь она в какой-то мере заслужила их. Она подарила свою невинность другому, а ведь любила она его, Аято.
- Я-я-я... я не хотела этого.. мне было больно...
- Ты врёшь! - заорал Аято и с силой ударил её по лицу. - Лгунья! - Удары посыпались чередой. И это были уже не хлёсткие пощёчины. Девушка застонала от боли и осела на пол. - Ты хотела!.. Я знаю!.. Шлюха!.. - Парень схватил её за волосы и заглянул в пылающее мокрое от слёз и крови лицо девушки. В глазах её застыл такой ужас, что ещё больше раззадорило вампира. - Я всё исправлю... - Рычал он. - Сейчас не будет ни единого места, до которого он дотрагивался. Он целовал тебя ведь, да?
Ответом на его слова были приглушённый стон и струящиеся слёзы боли. Вампир злобно рыкнул и впился поцелуем в губы Юи. Поцелуй был страстным, требовательным и очень грубым. Не прошло и мгновения, как поцелуй его перешёл в пожёвывание губ девушки. Он их кусал своими клыками и, раздирая, слизывал кровь. Юи застонала от боли и попыталась вырваться. Но не тут то было, Аято крепко держал её. Теперь его губы перешли на шею Комори - они покрывали её жаркими поцелуями, которые вскоре менялись рвущими укусами. Кровь струилась теперь по подбородку и плечам девушки. Временами Аято останавливался и слизывал кровь, но потом с рыком, вновь принимался за укусы.
- Аято... - Выдохнула Юи со стоном боли, что разозлило вампира ещё больше.
- Как ты смеешь говорить со мной своим развратным ртом! - орёт он и швыряет девушку об стену. - Я ненавижу таких, как ты! Мерзкая сука! - Аято подходит к девушке, пытающейся встать, и, больно схватив её за плечи, поднимает сам. - Сейчас нужно омыть твоё тело кровью... чтобы смыть позор... чтобы смыть запах этого ублюдка... - Теперь он уже не целует Юи, он просто с остервенением срывает кожу с плеч и спины девушки. Та кричит от нестерпимой боли и метается в крепких руках парня. - Молчи, шлюха! - Рычит Сакамаки и бьёт Юи по лицу. На мгновение та теряет сознание и повисает в руках Аято. Тот смотрит на девушку, и сердце его сжимается от боли. Но в тот же момент его ярость вновь приливает к голове, и он швыряет тело Юи на кровать. Та приходит в себя и в попытке спрятаться прижимает колени к себе.
- Так не пойдет!.. Ещё не всё твоё тело очистилось!
- Мне больно... - едва сдерживая стоны, лепечет девушка разодранными и кровоточащими губами. - Если ты ненавидишь... меня... лучше убей... но... я правда не хотела того, что случилось... я люблю тебя...
Раздаётся оглушительный рык, Аято подлетает к кровати.
- Ты врёшь! Блудливая сука! - Он бьёт девушку по лицу, раз за разом усиливая свои удары, и уже не может остановиться. - Я всё слышал! Я видел!.. Как он тебя касался!.. Как ты просила его трахать тебя ещё и ещё! Мразь! Я ненавижу тебя!
Аято сам стонет от боли и отчаяния, но продолжает бить Юи. Та кричит и рыдает от боли и унижения. Но в голове парня всё помешалось. Он видит теперь не только её перед собой. Он видит так же и Корделию. Видит её смех и издевательства. Он ненавидит их обоих, и поэтому продолжает рвать кожу девушки на всём её теле. Проходит немного времени, а девушка теперь походит на кровоточащее месиво. Кровь её расплывается огромным пятном под ней, на кровати. Ей так больно, что она уже сорвала свой голос от криков и теперь лишь безмолвно раскрывает свой рот. И почему она никак не умрёт? Почему она всё ещё в сознании? Неужели это и правда её наказание?


Ей так больно, что она уже сорвала свой голос от криков и теперь лишь безмолвно раскрывает свой рот. И почему она никак не умрет? Почему она все еще в сознании? Неужели, это и правда ее наказание? Все тело горит, словно его облили жидким металлом и оставили застывать прямо на теле. Юи металась под клыками Аято, все ее нутро взывало к скорейшей смерти, терпеть боль было уже не возможно. Слезы, струящиеся по лицу, попадая на раны, нещадно щипали. Но Аято не останавливался, он совсем озверел, теперь в нем не было больше ничего человеческого, он был зверем. Голодным и разъяренным зверем. Юи проклинала себя за то, что позволила случиться прелюбодиянию, проклинала Райто за то, что совратил ее, проклинала отца за то что послал ее в дом к Сакамаки. И в то же время она молила Бога, чтобы он дал ей благословение на скорейшую смерть, на то, чтобы избавиться, наконец от этой боли, от которой мутнело в голове, перед глазами скакали черные волны, тело содрогалось изнутри судорогами. Когда же это закончится? Когда у нее в теле не останется ни капли крови? Или когда, обезумев от боли, она потеряет все остатки сознания и отправится в путешествие по закоулкам Ада? Какого Ада? Разве она сейчас не в Аду?
- Если ты не достанешься мне, - рычал Аято не своим голосом, - то ты не достанешься никому! Никто больше не попробует твоей сладкой крови! Никто не насладится твоим телом! - Он рвал с треском кожу бедер, не желая останавливаться. В эти действия он вкладывал всю свою боль, все свою ярость. Он не понимал, кажется, что это за чувство, бьющееся в нем, не понимал, почему так больно, и почему так хочется рыдать от своих же поступков. И вдруг что-то сильное подхватило Аято и отбросило в дальний конец комнаты. Парень ударился головой и слегка осел на пол.
- Что тут происходит? - орал на Аято Рейджи, подлетая к нему. - Ты провонял весь дом кровью!
- Ты, ублюдок... - Аято получил сильнейший удар в живот от Райто. - Ты что сделал? Ты живого места не оставил!
Аято огляделся и увидел всех своих братьев, собравшихся в комнате Комори. А по этой самой комнате витал одурманивающий и очень резкий запах крови девушки. Парень встряхнул головой и, обхватив ее руками, зарычал. Пробегая глазами по комнате, он остановился на мгновение на кровати. На той самой кровати, на которой лежала Юи, истекающая кровью и бьющаяся в конвульсиях. Потому он и схватился за голову, осознавая, что он натворил.
- Я не мог остановиться... - почти рыдая, проговорил Аято, на поднимая головы. - Не думал, что скажу это, но, спасибо, что остановили.
- Да за что спасибо? - Заорал Субару и проломил стену рядом с головой Аято, - она сейчас подохнет тут!
- Да, Рейджи, надо что-то делать, - на удивление спокойно произнес Шу. - Она уже бьется в предсмертных судорогах.
И правда, по всему телу девушки пробегали страшные судороги. Вся она дергалась и подскакивала на кровати. Кровь продолжала тогда еще сильнее сочиться из ее многочисленных ран. Глаза закатывались, оставляя лишь свои белки. Казалось, еще чуть-чуть и наступит конец.
- Если ничего не делать, то у меня появится прекрасная невеста, - тихо пробормотал Канато, улыбаясь одной из своих страшных улыбок. - Ведь это здорово, правда, Тедди?
- О чем ты говоришь? Что за бред! Рейджи! - орал Райто, треся брата за грудки. - Аято, если стервочка умрет, ты отправишься за ней! Клянусь, я тебя прикончу! Как мог ты такое сотворить!
- Успокойся, Райто, - спокойно сказал Рейджи, высвобождаясь из рук парня в шляпке. - Я сейчас принесу то, что ей поможет.
Но он не успел никуда уйти, неожиданно Юи перестала биться, и ее тело безжизненно упало на окровавленные простыни. Глаза замерли, в испуге и ужасе глядя в потолок. Она лежала, не подавая признаков жизни. Братья, не ожидавшие подобного, замерли и, не шевелясь, смотрели только на тело девушки. Неужели это конец?
Секундой позже по всему особняку раздался ужасающий крик боли, граничащий с ревом льва. Это был Аято, осознавший, что больше не сможет прижимать к себе трепещущее тело хрупкой девушки. Он рвал на себе волосы, кусал себя за руки и бил кулаками о стену. Внутри боль расплывалась щиплющим и разъедающим ядом, оставляя за собой пустоту. Страдания его застилали ему глаза. Или это были вовсе не страдания, а слезы? Он не знал, что это было, он понимал сейчас только одно, что он теперь опять одинок, что нет теперь рядом того человека, который был дорог. Теперь никто не успокоит холодное сердце, никто не забьется в его руках, никто не прижмется со страхом к груди, никто не ответит робко и нерешительно на поцелуй. Что же он наделал? Разве он хотел убить ее? Нет, он хотел лишь наказать, но не смог вовремя остановиться. Ну, почему Братья пришли так поздно? Ведь Юи кричала очень давно, можно было понять и прийти... Нет, он не может никого обвинять в случившемся, только себя самого. Теперь он готов был умереть. Он никогда так не хотел умереть, как сейчас.
- Убей меня, Райто! - заорал он, стирая слезы и кровь со своего лица.
- Ну уж нет... - ядовито прошипел близнец Аято. - Ты будешь жить с этим вечно... и я ни за что не дам тебе забыть это...


- Убей меня, Райто! - заорал он, стирая слезы и кровь со своего лица.
- Ну уж нет... - ядовито прошипел близнец Аято. - Ты будешь жить с этим вечно... и я ни за что не дам тебе забыть это...
Райто вылетел из комнаты Юи, громко хлопнув дверью. Но никто на это не обратил внимания, все были поглощены своими мыслями. Каждый из братьев Сакамаки, казалось, был поражен и не мог даже поверить в случившееся. Наконец, первым подал голос Канато, подходя ближе к кровати, на которой лежала, широко распахнув глаза, Юи Комори.
- А она все еще прекрасна... - Канато присел на краешек кровати. - Правда, Тедди? И пахнет прекрасно... - Он втянул носом воздух с шумом и облизнулся. - Нельзя такой красоте пропадать... я заберу ее себе... обескровлю... если кровь еще осталась в этих жилах... - Парень провел пальцем вдоль руки по венке и облизал палец. - Сладко, Тедди. Словно пирожное с кремом... - Я заберу тебя, Юи, в свою коллекцию. Белое платье будет отлично на тебе смотреться...
С этими словами Канато подхватил тело девушки и закинул себе на плечо. Никто из братьев не проронил ни слова. Аято, казалось, так и ушел в свои невеселые мысли, что теперь не замечал вообще ничего вокруг, предаваясь своим мучительным угрызениям совести. Рейджи о чем-то раздумывал, глядя в сторону. Он был как никогда серьезен и суров, явно обдумывая то, как придется все здесь отчищать. Субару молча следил за Канато, сложив руки на груди, не выражая ни единой эмоции на лице. Но, как только Канато скрылся за дверью, он взорвался и с силой перевернул стол, который полетел через всю комнату и ударился о стену, треснув.
- Чертов Аято! Какого хрена ты замучил девчонку? Она же не животное! Ублюдок! - Субару с силой пнул брата в живот, проходя мимо, и скрылся за дверью. Аято никак ему не ответил, лишь горячо выдохнул, словно выплюнул, воздух и согнулся пополам. Да, он понимал, что заслужил все это, и ни чуть не жалел. Наоборот ему хотелось отправиться следом за Юи, но также хотелось что-то сделать, чтобы вернуть ее к жизни. Но он не знал, что бы это могло быть.
- Рейджи... - с придыханием, наконец, заговорил он. - Ведь что-то можно сделать? Вернуть ее? Можно ведь?
Рейджи с сомнением посмотрел на брата и покачал головой. Потом прошелся по комнате и, подойдя к кровати, заговорил:
- Не думаю, что это так уж и необходимо, возвращать ее, - он помолчал, поправляя очки, и кинул серьезный взгляд на Аято. - Только одни проблемы...
- Так, значит, возможно?! - воскликнул рыжий Сакамаки и подскочил к Рейджи.
- Что за бред. Конечно, нет... - Рейджи встал и вышел из комнаты, оставляя Аято со своими мыслями.

Темнота. Звенящая тишина. Не слышно ни единого звука. Кажется, все вокруг пропало из мира. Юи лежит и не чувствует ничего. Неужели конец! Наконец-то боль ушла, заставляя тело расслабиться. Тело? Ах, нет, Юи вовсе не чувствовала своего тела. Она умерла? Да, вероятно, это и есть смерть - избавление от боли и страха. Теперь можно вздохнуть с облегчением? Вздохнуть? Нет, Юи не может ни вдохнуть, ни выдохнуть. Кажется, будто при попытке это сделать у нее стоит заглушка, препятствующая поступлению воздуха. Но так ли теперь важно дышать? Вероятно, нет. Юи отбрасывает эти навязчивые мысли и пытается осмотреться. Где она? Она поворачивает голову (поворачивает ли?) и ничего не видит. Надо пошевелиться и посмотреть на свои руки, они верно в крови, ведь Аято разорвал их в клочья. Ах, но как пошевелиться? Где же ее руки? Их нет? Девушка пытается совладать со своими конечностями, но на нее будто наваливается какая-то тяжесть, и сил это сделать вовсе не остается. Что же делать?
Вдруг вдалеке мелькает что-то яркое и гаснет вновь. Свет? Там выход из тьмы? Там облегчение и покой? Неужели Юи пускают в рай? Девушка, повинуясь порыву, бежит вперед, к свету. Но бежит ли она? Кажется, да, но ног она не чувствует, а маленький клочок света не приближается вовсе. Комори хочется закричать, остановить этот свет, чтобы он подождал ее, чтобы забрал с собой из этой непроглядной тьмы. Но голоса нет. Вообще ничего нет. Она бесплотный дух? Или что она? Свет удаляется, уже практически крупинкой сияя во тьме.
"Вернись! - хочется закричать Юи. - Подожди! Я тут! Забери меня с собой! Мама! Не оставляй меня здесь! Я же умру тут!.. Умру?"
Как только Девушка подумала об этом, так сразу же на нее накатила волна нестерпимой боли, разрывая ее тело на куски, словно стая бродячих псов. Что опять? Юи почувствовала, как горящее тело прижимается спиной к чему-то холодному, и ей захотелось еще сильнее погрузиться в этот холод, чтобы боль отступила, чтобы пришло облегчение. Сердце в груди громко ухало, отдаваясь болью во всем теле и заставляя подрагивать. Неожиданно все тело окатило чем-то холодным, но облегчения не последовало. Наоборот, все тело вспыхнуло огнем, разъедая каждую частичку тела. Юи не выдержала и закричала, закричала из последних сил своими сорванными связками и задергала ногами и руками.
- Ты что же, не сдохла? - услышала Комори совсем рядом с собой визгливый голос и попыталась открыть глаза. Но те ничего не видели от боли, показывая ей лишь пылающие пятна вперемешку с черными разводами.


- Ты что же не, сдохла? - услышала Комори совсем рядом с собой визгливый голос и попыталась открыть глаза. Но те ничего не видели от боли, показывая ей лишь пылающие пятна вперемешку с черными разводами. - А я хотел выпотрошить уже тебя... Может, ты притворишься мертвой, и я сделаю из тебя по-настоящему красивую невесту? Правда придется платье полностью закрытое одеть на тебя. Этот глупый Аято всю кожу тебе попортил...
Юи попыталась протестовать, но это слабо получалось. Не понятно почему, но она осталась жива и теперь не хотела умирать. Она поняла, что жить все-таки хочется. Пусть и больно, но все же она еще так молода. Вероятно, можно что-то сделать со сложившейся ситуацией, как-то сбежать из этого ада. Теперь с ней не Аято, который был через чур вспыльчивый, и, возможно, можно решить такую ситуацию иначе.
Девушка попыталась вновь открыть глаза и что-нибудь сказать, но тело ее не слушалось, отдавая немыслимой разъедающей болью.
- Не противься, - капризно проговорил Канато и загремел возле Юи чем-то железным. Девушка содрогнулась, вспоминая какие инструменты она видела в мастерской сумасшедшего Сакамаки, дружившего лишь со своим плюшевым мишкой. - Право, Тедди, она доставляет слишком много хлопот... А я ведь хотел ее искупать и стереть эту ужасную красную краску с ее тела... - Канато на мгновение затих, а потом неожиданно разразился оглушающим визгом, явно находясь в бешенстве. - Ты все испортила, Юи! Ты испортила такую красоту! Почему ты не сдохла?! Так трудно было расстаться с этой никчемной жизнью?
Девушка почувствовала, как ее тело схватили холодные пальцы вампира и затрясли с такой силой, что голова заболталась, ударяя подбородком по груди. Но сил воспротивиться у Комори не было.
- Ты мне надоела. Когда соизволишь сдохнуть, позови, - вдруг, успокоившись, сказал Канато и кинул Юи на холодный пол. Девушка хотела застонать, но голосовые связки отказывались работать. Сколько она так пролежала, Юи не знала, но от холода ее начало трясти, и зубы отстукивали чечетку, заставляя понимать, что она еще жива, хоть ее тело и занемело, и почти потеряло свою чувствительность. Боль отступила. Почти. Если не шевелиться и почти не дышать. Теперь нестерпимо хотелось пить и было до жути холодно.
- Эй! Ты там как, не умерла еще? Нет? - голос Канато раздался возле самого уха Юи, и она вздрогнула от испуга и неожиданности. - Что же мне с ней делать, Тедди? Она такая цепкая... Ну, почему ты так не хочешь мне помочь? Я тебя очень красиво причешу, накрашу. Ты будешь красивее, чем сейчас. - Вампир сокрушенно вздохнул. - Сейчас ты противна... и кровь твоя всюду... пахнет сладко... хочется испить этого нектара...
Юи, дыша с трудом, все же попыталась вновь пошевелиться и открыть глаза. На ее попытки Канато вздохнул и отстранился.
- Меня вдруг посетила отличная мысль... Тедди, я гениален!.. нам не зачем рядить Юи в чопорное закрытое платье. Мы позволим телу невесты исцелиться, а потом выпьем ее до дна. Да, точно.
После этих слов Канато прокусил свое запястье, из которого тут же хлынула яркая кровь, и поднес к губам девушки. Он разжал ее рот и стал вливать туда струйками алую жидкость. Комори почувствовала во рту привкус железа и засопротивлялась. Кровь! А она уж обрадовалась, что перестала ее ощущать. Девушка не сразу поняла, что на этот раз это была вовсе не ее кровь, и быстро ее сглотнула. Горло тут же обожгло словно огнем, она закашлялась. Практически сразу за пожаром в горле последовали электро-разряды, пробегающие по всему телу. Юи почувствовала, даже почти услышала, что кожа будто бы стала молнией застегиваться в местах крупных ран. Чувство было крайне неприятное, но все же уже не сумасшедшая боль, от которой темнело в глазах и хотелось выть. Комори недоумевала, что же с ней происходит. Неожиданно боль и жжение в горле отступили, и девушка услышала свой протяжный стон. Она понимала, что ее связки вновь могут производить звуки, и это несколько пугало.
Поборов наконец страх, Юи попыталась открыть глаза и увидеть наконец, где она находилась. Перед глазами все еще плавали круги, но это уже были не те яркие и кровавые пятна боли, а легкая рябь от осознания того, что, открыв глаза, в них ударил довольно-таки яркий свет. Поморгав немного, девушка смогла разглядеть недалеко от себя силуэт вампира, сидевшего на полу. Он не смотрел на нее, прижимая к груди плюшевого мишку и вытянув вперед ноги в коротких штанишках.
- Что... - девушка облизнула пересохшие губы, не чувствуя больше на них крови. - Что происходит?
Канато зашевелился, и девушка непроизвольно повернула голову в его сторону. Теперь он смотрел на нее, но взгляд его не выражал абсолютно ничего. Поглазев так на Юи пару минут, вампир, так и не дав ответа, уткнулся носом в плюшевого Тедди. Но он продолжал молчать.
- Канато, что я здесь делаю? Что происходит?.. я... я не чувствую больше боли... - Девушка сглотнула комок, собравшийся в горле, и попыталась сесть. Это ей удалось практически без усилий и каких-либо болезненных ощущений. - Аято... Аято же разорвал всю мою кожу... - Юи подняла свои руки к глазам и совершенно отчетливо увидела, что глубоких ран от укусов на них нет. Остались лишь небольшие затягивающиеся царапины. Эти же самые руки взметнулись к шее и тоже ничего не нащупали, кроме зарубцовывающихся ран. - Канато! Что происходит? Я думала, я умерла. А тут... а тут... что все это значит?
- Ты такая надоедливая, - проговорил Канато так тихо, что Комори едва расслышала его. - Мы с Тедди решили сделать идеальную невесту. Правда, Тедди? У нас есть отличное платье... очень сексуальное... и открытое. Мы залечили твои раны. - Вампир теперь уже поднялся на ноги и расхаживал с игрушкой в руках возле Юи.
- Этот идиот, Аято, попортил такую нежную гладкую кожу! - вдруг заорал парень и гневно воззрился на девушку. Та вздрогнула и с испугом уставилась на него. - Что мне оставалось делать?! - Канато негодовал недолго, вскоре приняв вновь невозмутимый вид. - Я дал тебе моей крови.
- Крови? - опешила Юи и в страхе вжалась в холодные плиты пола. Что же теперь с ней будет? Чего ей теперь ждать? Станет ли она теперь вампиром? Придется ли теперь ей самой пить крови и совершать прочие безумства, что творили братья Сакамаки. - То есть я теперь... я теперь такая же, как вы? - В ужасе выдохнула Комори, ощущая как все тело начинает бить дрожь.
- Конечно, нет! - Канато устало на нее воззрился, и от его взгляда девушке стало еще больше не по себе. - Для этого нужен обряд. А так ты просто залечила свои раны...


- То есть я теперь... я теперь такая же как вы? - в ужасе выдохнула Комори, ощущая как все тело начинает бить дрожь.
- Конечно, нет! - Канато устало на нее воззрился, и от его взгляда девушке стало еще больше не по себе. - Для этого нужен обряд. А так ты просто залечила свои раны...
Юи вздохнула с облегчением. Но с другой стороны теперь она снова жива, здорова и Аято снова может начать свои изощренные пытки над ней. Девушка содрогнулась и подтянула колени к подбородку. Только сейчас она с ужасом поняла, что одежды на ней нет и она совершенно обнаженная разлеглась перед Канато. Краска стыда залила лицо и шею девушки, заставив потупить взгляд и опустить его в пол.
- Канато, мне нужна одежда... - пролепетала Юи, стараясь не стучать зубами от холода.
- Ты замерзла? - отстранено спросил вампир не глядя на нее. От этой фразы в голове блондинки вспыхнули недавние приключения с Райто и отвечать совершенно не захотелось. Что если подобное может повториться? Но ведь Канато другой. Или же нет? Девушка взметнула на него испуганный взгляд.
Неожиданно вампир поднялся на ноги и ушел. Его не было достаточно долго, Юи уже было подумала, что он специально здесь ее бросил замерзать. В конце концов кожа практически выровнялась, подумаешь несколько шрамов, их ведь и замазать можно. Но тот все же вернулся. Поняла это девушка по тому, что на ее голову плюхнулись какие-то тряпки, на деле оказавшиеся ее же собственными брюками и туникой. Не медля ни секунды Комори дрожащими, и почти задеревеневшими от холода руками начала одеваться. Девушка повернулась было поблагодарить за это вампира, но того уж и след простыл. Юи в нерешительности замерла, не зная что ей делать в данный момент.
Помедлив некоторое время девушка двинулась в сторону приоткрытой двери. Ее путь лежал по проходу между чучелами предыдущих невест. От осознания того, что всего несколько дней, а может быть даже часов, и она станет такой же как они. Безмолвной куклой в угоду взорам извращенного вампира. Мороз пробежался по коже и слезы защипали в носу. Как ей избавится от подобной участи? Как не стать невестой в музее Канато? Девушка не знала и даже не могла предположить ничего. Все ее мысли обрывались, так и не дойдя до сознания. Видимо все таки почти смерть привнесла свои коррективы в работу мозга блондинки.
- Канато-кун, - позвала Юи, заглядывая в комнату. Сакамаки сидел в кресле перед накрытым столом. И тут, к своему стыду, у девушки очень громко заурчало в животе.
- Ну, иди уже сюда, - растягивая слова, но так и не повернувшись в ее сторону, сказал Канато. - Если поешь регенерация пойдет быстрее. С твоей нежной кожи исчезнут все шрамы и мы в полной мере с Тедди сможем насладиться твоим прекрасным телом.
- Э-э-э... - Юи шокировано замерла, так и не дойдя до стола.
- Как многословно, - проговорил вампир и запустил свои бледные пальцы в кремовую начинку пирожного, лежащего перед ним на блюдце. - Как же ты меня раздражаешь... - Он облизал каждый палец, посасывая и играя с ними языком. - Иди ешь или передумаю и будешь подыхать долгой и мучительной смертью от голода.
Юи вздрогнула , быстро преодолев оставшиеся метры до стола, присела на краешек кресла напротив Канато. Тот натянуто улыбнулся и подвинул в ее сторону блюдце с пирожным, в котором только что были его пальцы. Девушка перевела на него взгляд полный ужаса, но в ответ получила лишь холодный и слегка раздраженный. В страхе, что Канато может что-нибудь сделать, Комори потянулась за пирожным. Вампир выжидающе ее рассматривал. Юи отломила небольшой кусочек и спешно положила его себе в рот. Ей вовсе не хотелось выводить из себя этого импульсивного и порой неуравновешенного вампира, который в мгновение ока мог оказаться бьющимся в истерике, а потом, с детской наивностью поражающимся своим деяниям.
- Ну, как? - пытливо спросил он. Девушка молчала, стараясь побыстрее прожевать суховатое тесто с приторно-сладким масляным кремом. Не дожидаясь ответа Канато продолжил. - Тедди, эта девчонка такая плохая. - Его голос прозвучал с нотками обиды. - Мы старались, правда? Накрыли на стол... украсили его цветами... а эта девчонка сидит с таким лицом, будто ее отходами кормят. Тебе обидно, Тедди?
Юи в ужасе проглотила большой кусок пирожного и схватилась за эклер, при этом облизнувшись.
- Все вкусно, правда, - воскликнула она, откусывая кусок эклера и затравленно глядя на вампира напротив. Тот лишь устало вздохнул и встал с кресла. Девушка напряглась, продолжая тем не менее жевать.
- Тебе вкусно? Правда вкусно? - Канато медленно подходил к Юи, походу беря в руки большое пирожное с кремовыми розочками. - Сладко? Скажи, тебе сладко?
- Д-да. Пирожные сладкие и вкусные, - спешно забормотала Комори, отирая крем с губ.
- Можно и мне попробовать? - Спрашивает Канато слегка наклоняя в бок голову и закусываю губу. У Юи расширяются глаза от непонимания и она вся напрягается, чувствуя, как по спине пробегает волна мурашек.
Вампир присаживается на подлокотник кресла, на котором сидела Комори и протягивает пирожное в руке. Девушка смотрела то на него, то на пирожное и в растерянности молчала, не зная что сказать. Сакамаки смазнул немного крема и поднес его к ее губам. Не дождавшись, когда она откроет рот, он приложил палец к губам. Крем испачкал не только губы, а скатившись по подбородку упал на грудь.
- Как же не аккуратно, - пропел Канато и, наклонившись, облизал губы, слегка прикусив нижнюю губу.
Что происходит? Что он делает? Соблазняет? - в голове Юи метались мысли, оставляя после себя неприятный осадок. - Секс с Канато? Нет! Я не хочу! Что же делать? Отказать? Тогда он разорвет меня похлеще, чем Аято. Просто раздерет на куски.
Страх, отразившийся в ее глазах по всей видимости позабавил вампира и он разразился диким, почти истеричным, хохотом. Девушка же в страхе вжалась в спинку кресла, стараясь раствориться в нем никак не меньше. В его глазах было безумие, которое плохо поддавалось контролю. Да, чего уж говорить, вообще пугало и заставляло трястись мелкой дрожью.
- Знаешь, сладкое помогает справиться со многими проблемами, - вдруг посерьезнев, и глядя куда-то в сторону, сказал Канато, словно находясь в прострации. - Вот ты сейчас такой стресс испытала... тебя изнасиловали... или, может, нет, а Тедди? - Сакамаки потянулся за медведем и крепко обнял его, прижимая острый подбородок к его голове. - А съешь пироженку сразу забудешь, как было больно... или не было, а Тедди? - Канато в отстраненной задумчивости зачерпнул пальцем очередную порцию крема и отправил ее себе в рот, пососав при этом палец. - Потом тебя чуть не убили... ох, лучше бы убили, правда, Тедди?
Юи стали раздражать эти постоянные беседы Канато со своим плюшевым медведем. И, даже не смотря на страх быть покусанной, Комори готова была уже высказаться по этому поводу, как вампир резко приблизился к ней и наклонился к шее.
- Но ни одно пирожное не сравнится по сладости с твоей кровью. Она так пульсирует в тебе... - Канато посадил медвежонка на столик, а сам вцепился холодными бледными пальцами в подлокотники кресла девушки, так, что та оказалась в капкане его почти что объятий. - Она манит испить ее. - Вампир втягивает воздух носом и уже практически касается губами кожи на ее шее.
Комори смотрит на него широко раскрытыми глазами цвета спелого граната. Сердце в страхе заходится бешеным ритмом, заставляя учащенно задышать. От дыхания Канато мурашки ровным строем проходятся по спине. Вдруг вся якобы нежность вампира слетает и он жестко хватает Юи за горло и смотрит бешеными глазами.
- Что ты делаешь?! Почему ты источаешь эту сумасшедшую сладость?! - он трясет девушку, почти душа. Та, снова, как тряпичная кукла болтается, с ужасом понимая, что жить все же страшнее, чем умереть. И тут уж никакие пирожные не спасут.


- Что ты де­ла­ешь?! По­чему ты ис­то­ча­ешь эту су­мас­шедшую сла­дость?! - он тря­сет де­вуш­ку, поч­ти ду­ша. Та, сно­ва, как тря­пич­ная кук­ла бол­та­ет­ся, с ужа­сом по­нимая, что жить всё же страш­нее, чем уме­реть. И тут уж ни­какие пи­рож­ные не спа­сут.
Неожиданно Канато разжал пальцы, отпуская перепуганную Комори и удаляясь прочь. Он вышел из комнаты даже не обернувшись ни разу, а девушка обессиленно лежала, откинувшись на спинку кресла, и сотрясалась от беззвучных рыданий. Вся обстановка сводила её с ума, всё это отношение, которого она не заслуживала. Ну, почему они так с ней? Что она им такого сделала? Зачем они все оставляют её жить? Почему Канато не убил её? Почему сейчас, когда уже нет ужасных ран, он не убьет её?
Нет, она не должна так думать. Тот, кто думает о смерти, как раз и не достоин её. Ему не попасть в райские кущи, не стать ангелом. Она должна держаться, не поддаваться этим пессимистичным веяниям. Должна побороть в себе страх перед этими существами, которым для пропитания нужна её, Юи, кровь. И всё же, почему именно её кровь нужна им? Девушка не знала и уж совсем не жаждала искать причин этому. Теперь она боялась покинуть странную и холодную лабораторию Канато, чтобы докопаться до истины. Юи приводили в неописуемый ужас мысли о том, что сделает с ней Аято, если вдруг узнает, что она осталась жива, что его терзания и издевательства прикончили ее.
В тот же миг, когда она об этом подумала, в голове промелькнуло, что Канато вполне может выдать эту её тайну. Девушка подскочила на месте, ошалело глядя в ту сторону, куда ушёл вампир. Там выход, или это очередная холодильная камера, где он потрошит своих невест? На мгновение Комори замерла, но затем всё же откинула навязчивые мысли и кинулась следом за парнем. Никто не должен узнать, что она здесь, что она жива, иначе эти пытки никогда не закончатся. Пусть уж лучше над ней измывается один вампир, чем все братья вместе.
- Канато, - позвала Юи, но никто не ответил. Тогда девушка сделала несколько неуверенных шагов в глубь следующей небольшой комнаты, хотя перед этим всё же надеялась поговорить с ним с порога, комнатка со столиком и креслами больше успокаивала, чем её соседка, в которой сейчас находилась Комори.
Её окружали пугающие предметы с явными следами крови, от чего девушка непроизвольно зажала рот рукой и попятилась назад. Но назад отступать было невозможным для девушки в данной ситуации. Шаг назад расценивался сейчас, как согласие на мучения и пытки от укусов и игр всех братьев Сакамаки. Подавив крик ужаса, Юи двинулась в глубь комнаты, пытаясь привыкнуть к полумраку царившему здесь. Каждое движение давалось ей с трудом, дрожь не оставляла её ни на миг, заставляя закусывать губу, чтобы не застучали зубы.
Что-то звякнуло справа от Комори и она в страхе отскочила в противоположную сторону, беззвучно закричав. В голове рисовались картины пыток и расчленения, от которых тошнота тугим комком подступала к горлу. Неужели это Канато готовит свои жуткие инструменты, чтобы воспользоваться ими, для создания из неё, Юи, очередной восковой невесты? Девушка с трудом проглотила подступивший комок и попыталась оглядеться, в поисках вампира, властителя этих ужасных подземелий. В том, что это подземелья, она была почти уверена, так как ни единого окна и близко не было. Везде только глухие каменные стены, местами с выщербленными булыжниками.
Что-то зашуршало, теперь уже слева от Юи. У блондинки начиналась паника, уже мерещились крысы, которые ожидали очередного пира из внутренностей новой жертвы. Нет, эти картины никак не желали покидать затуманенную ужасом голову несчастной девушки. Она в очередной раз мелко задрожала, крепко сжимая пальцы в кулаки, от чего ногти до крови впились в ладони, а костяшки побелели. Комори жалобно заскулила и завертела головой, стараясь понять откуда ожидать нападения, что может сейчас её ждать. Но всё кругом вновь погрузилось в липкую непроглядную тишину, в которой можно было расслышать разве что поскуливания самой Юи, да её порывистое дыхание.
Вдруг позади отчётливо послышались шаги и Комори резко обернулась на их звук, но перед ней никого не оказалось. Сердце замерло, а дыхание застряло где-то на подходе к горлу. Всепоглощающий ужас накрывал девушку очередной волной, холодными руками продираясь в самое существо. Голова кружилась, а картинки пыток, полные крови, ошмётков плоти и стальных инструментов, въедались в мозг, словно выжигались там на веки вечные.
- Канато, - слабо позвала вновь Юи, содрогаясь от неожиданного холода, наполнившего и без того не особо теплое помещение, - это ты?
И тишина. Вновь полная, почти звенящая тишина. Девушка, казалось, забыла как дышать, зажмурившись и ожидая нападения. Ещё немного, ещё чуть-чуть и вампир с садистскими наклонностями захватит её, поработит тело и напьётся крови, испытывая только ему понятное наслаждение. Юи ждала, замерев на месте и вслушиваясь. Но ничего не происходило и это пугало даже сильнее, заставляя всё в девушке кричать, болеть и переворачивать внутренности.
В какой-то момент Комори захотелось сорваться с места и бежать. Куда бежать, она не знала, но это было почти болезненное желание, ядовитым жалом жалившее выстраданную душу. В голове, словно молотком, отбивалась лишь одна мысль: "Бежать!" Но казалось это не сама девушка думала, а кто-то внушал ей эту мысль, приводя в безграничный шок, шевеля волосы на затылке, сжимая почти обескровленное сердце. Но блондинка стояла на месте, не желая поддаваться тому странному голосу в её голове.
Позади снова раздались шаги, приближающиеся мучительно медленно, будто это пытка, очередная пытка, готовящая к боли и мучениям. Юи хотела кричать, но рот её открывался беззвучно, а глаза уже щипало от того, что моргать она, по всей видимости, забыла очень давно. И вдруг шаги растаяли, замерли, словно их и не было вообще, словно это всё плод её, больного воображения.
- Нет! - закричала Комори, вцепившись в свои волосы. Она больше не могла терпеть эту пытку, длящуюся, казалось, бесконечно долго.
Крик её пронзил тишину, разносясь стремительной волной по мрачному помещению, отражаясь от безучастных стен, и возвращаясь вновь к девушке, окутывая своим безумием и болью, звучащими в нём. И хорошо, хоть что-то теперь нарушало эту пытку тишиной, в которой Юи теряла остатки разума, еле теплящегося в ней. Казалось кто-то загнал её в эти рамки, желая насладиться страхом, впитать его, наслаждаясь и облизываясь от терпкого послевкусия, отведав крови зашуганного зверька. И Комори отчетливо осознавала, что это всё происки и забавы ненормального вампира, играющего с ней как кошка с мышкой. И ей уже самой хотелось, чтобы он поскорее уже впился в неё своими клыками и оставил в покое, перестав терзать душу. Это было куда ужаснее пыток страстью Райто и пыток убийственной физической болью Аято. Душа словно разрывалась, готовая вырваться и пасть к ногам, рассыпаться осколками и умереть.

URL
   

Мысли обо всём

главная